Есть бес знакомый
у меня,
да что знакомый - чуть ли не
родня...
Он, правда, мелкий -
только не ничтожный...
Мой друг единственный
надёжный.
А бес - не ангел, он, наоборот,
то вдруг попутает, а то и подобьёт,
но он не льстит и никогда не врёт.
Он прям и честен, этот бес -
почти, как я,
мы с ним, пожалуй,
больше, чем друзья.
Есть бес знакомый
у меня,
я никогда б его
не променял
на ангелов,
бесчувственных и строгих,
и тем немножечко
убогих.
А бес - не ангел, он, наоборот,
то вдруг попутает, а то и подобьёт,
но он не льстит и никогда не врёт.
Он прям и честен, этот бес -
почти, как я,
мы с ним, пожалуй,
больше, чем друзья.
Есть бес знакомый
у меня,
мы ладим с ним, друг друга
не гоня.
Услуг каких-то
я не жду от беса -
с ним просто в жизни
интересно.
А бес - не ангел, он, наоборот,
то вдруг попутает, а то и подобьёт,
но он не льстит и никогда не врёт.
Он прям и честен, этот бес -
почти, как я,
мы с ним, пожалуй,
больше, чем друзья.
у меня,
да что знакомый - чуть ли не
родня...
Он, правда, мелкий -
только не ничтожный...
Мой друг единственный
надёжный.
А бес - не ангел, он, наоборот,
то вдруг попутает, а то и подобьёт,
но он не льстит и никогда не врёт.
Он прям и честен, этот бес -
почти, как я,
мы с ним, пожалуй,
больше, чем друзья.
Есть бес знакомый
у меня,
я никогда б его
не променял
на ангелов,
бесчувственных и строгих,
и тем немножечко
убогих.
А бес - не ангел, он, наоборот,
то вдруг попутает, а то и подобьёт,
но он не льстит и никогда не врёт.
Он прям и честен, этот бес -
почти, как я,
мы с ним, пожалуй,
больше, чем друзья.
Есть бес знакомый
у меня,
мы ладим с ним, друг друга
не гоня.
Услуг каких-то
я не жду от беса -
с ним просто в жизни
интересно.
А бес - не ангел, он, наоборот,
то вдруг попутает, а то и подобьёт,
но он не льстит и никогда не врёт.
Он прям и честен, этот бес -
почти, как я,
мы с ним, пожалуй,
больше, чем друзья.
тфу.тфу.тфу. чур меня 
Блюз,
у тебя тоже есть бес... главное, чтобы он был порядочным человеком
у тебя тоже есть бес... главное, чтобы он был порядочным человеком
А Георгий над морем опять шумит
Да чертям веревкой грозит.
Вылез опять бесенок: "Что ты хлопочешь?
Будет тебе оброк, коли захочешь..."
Да чертям веревкой грозит.
Вылез опять бесенок: "Что ты хлопочешь?
Будет тебе оброк, коли захочешь..."
Sharap
не, у меня свой бесенок, другим - никаких оброков
не, у меня свой бесенок, другим - никаких оброков
Могильный,
ты чет путаеш - у меня другой бес
ты чет путаеш - у меня другой бес
ох балбесы, энти бесы
отвернёсси, тут как тут
вынырнут, накуролесят
и обратно в тихий омут
отвернёсси, тут как тут
вынырнут, накуролесят
и обратно в тихий омут
бесы в омуте не тонут -
ихтиандры, черт возьми...
но к ногам подвесить тонну -
так утонут и они
ихтиандры, черт возьми...
но к ногам подвесить тонну -
так утонут и они
Бядя Жора..здрасте
Георгий ну так....
как всегда, скучно....
ну так....как всегда, скучно....
это точно...
но и здесь скучно...
"Мне скшно, бес..." (с)
но и здесь скучно...
"Мне скшно, бес..." (с)
Георгий, нормальный текст вышел. Правда, петь я не пробовал =)
Так, для общего развития читателей приведу стихотворение Зинаиды Гиппиус (из моего избранного). Повторюсь, просто чтобы показать, что бесовская тема мне не безразлична, а не оттенить достоинства и недостатки обсуждаемого текста Георгия.
Зинаида Гиппиус - ДЬЯВОЛЕНОК
Мне повстречался дьяволенок,
Худой и щуплый - как комар.
Он телом был совсем ребенок,
Лицом же дик: остер и стар.
Шел дождь... Дрожит, темнеет тело,
Намокла всклоченная шерсть...
И я подумал: эко дело!
Ведь тоже мерзнет. Тоже персть.
Твердят: любовь, любовь! Не знаю.
Не слышно что-то. Не видал.
Вот жалость... Жалость понимаю.
И дьяволенка я поймал.
Пойдем, детеныш! Хочешь греться?
Не бойся, шерстку не ерошь.
Что тут на улице тереться?
Дам детке сахару... Пойдешь?
А он вдруг эдак сочно, зычно,
Мужским, ласкающим баском
(Признаться - даже неприлично
И жутко было это в нем) -
Пророкотал: "Что сахар? Глупо.
Я, сладкий, сахару не ем.
Давай телятинки да супа...
Уж я пойду к тебе - совсем".
Он разозлил меня бахвальством...
А я хотел еще помочь!
Да ну тебя с твоим нахальством!
И не спеша пошел я прочь.
Но он заморщился и тонко
Захрюкал... Смотрит, как больной...
Опять мне жаль... И дьяволенка
Тащу, трудясь, к себе домой.
Смотрю при лампе: дохлый, гадкий,
Не то дитя, не то старик.
И все твердит: "Я сладкий, сладкий..."
Оставил я его. Привык.
И даже как-то с дьяволенком
Совсем сжился я наконец.
Он в полдень прыгает козленком,
Под вечер - темен, как мертвец.
То ходит гоголем-мужчиной,
То вьется бабой вкруг меня,
А если дождик - пахнет псиной
И шерстку лижет у огня.
Я прежде всем себя тревожил:
Хотел того, мечтал о том...
А с ним мой дом... не то, что ожил,
Но затянулся, как пушком.
Безрадостно-благополучно,
И нежно-сонно, и темно...
Мне с дьяволенком сладко-скучно...
Дитя, старик,- не все ль равно?
Такой смешной он, мягкий, хлипкий,
Как разлагающийся гриб.
Такой он цепкий, сладкий, липкий,
Все липнул, липнул - и прилип.
И оба стали мы - едины.
Уж я не с ним - я в нем, я в нем!
Я сам в ненастье пахну псиной
И шерсть лижу перед огнем...
Декабрь 1906, Париж
Так, для общего развития читателей приведу стихотворение Зинаиды Гиппиус (из моего избранного). Повторюсь, просто чтобы показать, что бесовская тема мне не безразлична, а не оттенить достоинства и недостатки обсуждаемого текста Георгия.
Зинаида Гиппиус - ДЬЯВОЛЕНОК
Мне повстречался дьяволенок,
Худой и щуплый - как комар.
Он телом был совсем ребенок,
Лицом же дик: остер и стар.
Шел дождь... Дрожит, темнеет тело,
Намокла всклоченная шерсть...
И я подумал: эко дело!
Ведь тоже мерзнет. Тоже персть.
Твердят: любовь, любовь! Не знаю.
Не слышно что-то. Не видал.
Вот жалость... Жалость понимаю.
И дьяволенка я поймал.
Пойдем, детеныш! Хочешь греться?
Не бойся, шерстку не ерошь.
Что тут на улице тереться?
Дам детке сахару... Пойдешь?
А он вдруг эдак сочно, зычно,
Мужским, ласкающим баском
(Признаться - даже неприлично
И жутко было это в нем) -
Пророкотал: "Что сахар? Глупо.
Я, сладкий, сахару не ем.
Давай телятинки да супа...
Уж я пойду к тебе - совсем".
Он разозлил меня бахвальством...
А я хотел еще помочь!
Да ну тебя с твоим нахальством!
И не спеша пошел я прочь.
Но он заморщился и тонко
Захрюкал... Смотрит, как больной...
Опять мне жаль... И дьяволенка
Тащу, трудясь, к себе домой.
Смотрю при лампе: дохлый, гадкий,
Не то дитя, не то старик.
И все твердит: "Я сладкий, сладкий..."
Оставил я его. Привык.
И даже как-то с дьяволенком
Совсем сжился я наконец.
Он в полдень прыгает козленком,
Под вечер - темен, как мертвец.
То ходит гоголем-мужчиной,
То вьется бабой вкруг меня,
А если дождик - пахнет псиной
И шерстку лижет у огня.
Я прежде всем себя тревожил:
Хотел того, мечтал о том...
А с ним мой дом... не то, что ожил,
Но затянулся, как пушком.
Безрадостно-благополучно,
И нежно-сонно, и темно...
Мне с дьяволенком сладко-скучно...
Дитя, старик,- не все ль равно?
Такой смешной он, мягкий, хлипкий,
Как разлагающийся гриб.
Такой он цепкий, сладкий, липкий,
Все липнул, липнул - и прилип.
И оба стали мы - едины.
Уж я не с ним - я в нем, я в нем!
Я сам в ненастье пахну псиной
И шерсть лижу перед огнем...
Декабрь 1906, Париж
дык разные у нас бесенята... мой - весьма интересный типчик (вроде меня) 
>и тем немножечко
>убогих.
мб
и потому слегка
убогих
>убогих.
мб
и потому слегка
убогих
дядя Жора, ты хороший, гони нафиг этого беса.
Лучше в компашке с друзьями посидеть. Или с девахой какой.
Лучше в компашке с друзьями посидеть. Или с девахой какой.
я бы погнал, но...
загляни в себя, ангел - и ты увидишь беса
а уж я-то - не ангел... совершенно точно...
загляни в себя, ангел - и ты увидишь беса
а уж я-то - не ангел... совершенно точно...
не знаю, не знаю.
Одно скажу, очень вкусная вышла строка
"Есть бес знакомый у меня".
В лучших традициях авторской песни.
Одно скажу, очень вкусная вышла строка
"Есть бес знакомый у меня".
В лучших традициях авторской песни.
без экзорцизьмы, пожалста ... такой симпатишный бес... пусть сидит ...
З.Ы.
а у меня два беса...
З.Ы.
а у меня два беса...
Ир,
ну, понятно - вокруг такой дамы вообще должно быть много поклонников
ну, понятно - вокруг такой дамы вообще должно быть много поклонников